2008
«Возлюби ближнего как самого себя» - поразительно, но вторую часть этой заповеди постоянно игнорируют. А тем не менее себя любить нужно. Но что любить в себе и что - в ближнем? И как это согласовать?
В некоторых случаях нужно жертвовать собой, но никогда – другим. Нужно еще понимать, что жертвовать собой, тем, что тебе важно и дорого из-за мелочи, прихоти, мнимой, ложной ценности другого – большущая глупость. Пример – Клелия из «Пармской обители» ради корыстолюбия и тщеславия отца пожертвовала любовью – разве такие жертвы нужны Христу? И ведь она считала свою рабскую покорность – добродетелью, а любовь и милосердие к заключенному – грехом. Так, например, глупо бросать учебу и работу «из-за любви» - какая же это нахрен любовь, когда твоей личности не дают реализоваться? Тут даже думать не о чем.
Эти слова, фактически, о балансе любви к себе и другому.
Очень даже не зря сказано, что Бога нужно возлюбить превыше всего, абсолютно, а ближнего – как себя, относительно себя. Именно здесь и заложен критерий – ради чего стоит собой жертвовать.
Абсолютная любовь к Богу вовсе не означает ненависти или равнодушия к миру и человеку, как часто проповедуют разные аскеты. Напротив, Бог любит мир и человека – любишь Его, люби и их. (Близок к идеалу в этом смысле Франциск Ассизский, очень даже не зря им Бердяев восхищался.) НО. Проблема вся в том, что в мире и человеке нельзя любить все подряд. В них золото смешано с грязью. Грязь любить нельзя. И именно любовь к Богу как к абсолютной Ценности помогает отличить золото от грязи.
Конечно, при условии, что Бог понимается правильно – а это тоже немалая проблема. Следовательно, жертвовать нужно бесспорно всем ради абсолютной ценности. Но сто раз стоит подумать, выбирая между земными желаниями себя и ближнего. Тут жертвенность неуместна, необходимо равенство и баланс. Другое дело, очень сложно отличить абсолютную ценность от относительной, ибо первая часто воплощена во второй. В тех же желаниях человека абсолютная ценность может быть воплощена, а может быть и нет. И потом, есть разные уровни этой воплощенности. Короче, сложностей дофига. А никто и не обещал легкой жизни, Христос – тем более.
Мое понимание Его учения куда глубже, сложнее, требовательнее к человеку, чем традиционное. Да-да, именно больше требований, всё уходит в глубину, и из глубины личности должен воссиять свет на все, что ее окружает и преобразить мир.
«Духовной жизнью» должна быть не отдельная часть жизни (это неизбежно фикция), а вся жизнь. Всё должно быть одухотворено.