Прочитала «Живые лица» Зинаиды Гиппиус. 2

[blackmoon3712]

/2008, 2016-17 доп. /

Конечно, кое-где с ней можно поспорить и даже поддеть. Вот она рассуждает о «безответственности» Блока и Брюсова. Было дело. Но в своих проклятиях 17 году (абсолютно не приемлет Октябрь, и правильно!)  совсем не видит, что за Октябрь ответственны все, и интеллигенция в том числе. У нее самой чувства ответственности не сказать, что много. Она совершенно не хочет осмыслить, что произошло, а главное – почему. Она абсолютно не принимает революцию чисто по-интеллигентски, из-за своей рафинированности. И что? Другое дело, что она разделяла с Блоком иллюзии насчет старой России, вот это «плат узорный до бровей»… «плат узорный»… да как насиловали, так и продолжили насиловать, делов-то… Нет, я бы тоже пришла в ужас от разгрома культуры и массовых репрессий, голода, холода, безобразия, разгула, прямо скажем, быдла. Мережковский в кацавейке, с замерзшими пальцами, Господи… как же хорошо, что они уехали…

Но следует видеть всю картину в целом, да не только следствия, но и причины. Гораздо вернее и честнее точка зрения Бердяева – он даже не обижался, что его на обязательные работы гоняли, снег чистить («всеобщая трудовая повинность», труд – повинность, вот счастья-то привалило!! Где уж там Чернышевский и Писарев с их страстной любовью к труду!..)

Вот «предательство» Блока и Брюсова. Я считаю, что предательство было только у Брюсова. Для писателя, естественно, слишком большая пакость – стать цензором, это названия не имеет. Но З.Г., что замечательно, никого никогда не осуждает (ну, кроме большевиков, это святое дело)) И даже в свинстве Брюсова она видит трагедию, и в конце очерка пишет: «Как жестока жизнь. Как несчастен человек.» Она не осмыслила его историю до конца, но отсутствие окончательного осуждения уже приятно. Она дала понять, что видит здесь какую-то трагедию, выразила это снова холодно, спокойно, даже без восклицательных знаков. Брюсов – типичная иллюстрация мысли Бердяева: исключительный эгоизм пожирает личность.

Но с Блоком – совсем другая история. Потому он и не сгнил, как Брюсов, а сгорел. Он действительно хотел «послужить», я не вижу в этом «предательства». Но скоро убедился, что честному человеку такое «служение» невыносимо… Увы… Извините, но это скорее глупость. Да, есть мнение, что поэту и не надо быть умным... А "духов различать" надо? А Блок так ошибся, да и не только он... "не знаете, какого вы духа". Серебряный век будто над пропастью ходил, да в нее и свалился. И я не о "морали", нет. Я о том, что между личностным и безличным выбрано второе - это видно по тенденциям Вяч. Иванова, да много по чему. Но проблема в том, что личностному и не дали вызреть - тот же Бердяев, главный проповедник личности и свободы, тогда был не так крут, как лет эдак через 20. Личностному надо вызреть, безличное само придет и затопит. И основная проблема была не в поэтах с мистиками все-таки, а в слабости либерального движения, такого обычного, здравого, рационального - либералов в России всегда давили с двух сторон, вот и тогда задавили.

А Гиппиус, я замечаю, уклоняется от анализа, размышлений, не любит копать, избегает острых углов – что есть, то и есть. Ну, вообще-то, в статьях она не такая)) а это - личное и больное. «Не буду, не хочу и вспоминать.» Это мне не нравится. А сейчас я ее немножко понимаю – бывает, что реально не хочется вспоминать. Как будто бы то, о чем она умалчивает – уже понятно и само собой разумеется для читателя. Но нет никакого «само собой разумеющегося», а есть недосказанность. Ну, почему же… А я люблю всё до дна вычерпывать. Да, но навоз черпать – то еще удовольствие, проще отказаться. Есть парадокс, а есть релятивизм. Разные вещи.

Вот у нее очень хорошо – обо всех, живых и мертвых, важно говорить правду. И тут же – но не всю. (???) А что сколько правды ни говори, а нечто в человеке все равно остается непонятным, непознаваемым, неожиданным – это совсем другое дело.

«не прекрасно ли это – вечный юноша?» еще как! Вот Бердяев такой вечный юноша, я его обожаю))

«хождение около жизни», «беспросветное, безвыходное одиночество» - ага…

У нее часто бывает глубина, но нет определенности, волевого выбора, а эти вещи не так уж несовместимы. К Бердяеву привыкла, ага) да есть у нее все это, просто выражается по-другому. Есть будто бы решенная неразрешимость (Блок, Розанов). Угу, а Бердяев был ближе к навешиванию ярлыков. Вот Мережковский – не такой однозначный, как он о нем писал, да и Розанов, а Шестова он вообще плоховато понимал.

Но кстати, я была весьма удивлена такими ее выражениями, как «волокся», «доконали» и «обалдел». Приятно удивлена. Не ожидала такого от рафинированной литературной дамы Серебряного века. Видимо, она не совсем такая. Это у нее весьма органично звучит.

Кстати сказать, если большевики – «позор России», то лишь один из многих. Но огромный. Но на пустом месте их тоже никак не могло быть. И не бывает ничего «несмываемого». Зато непоправимое – сплошь и рядом. И, кстати сказать, ее жалость к России весьма абстрактна, З.Г. будто не видит в ней конкретного.

Но мне нравится ее небрежность в повествовании: не помню – и ладно. Свободно так.

Особенно интересен очерк о Вырубовой. Тут З.Г. рассказывает об «обычных людях»[1], небрежно, и я чувствую, что ей это не интересно, и я ее понимаю. Но информация еще та! Я немного читала о безобразиях Распутина, и у меня тут же штык монархистам: если возможно было такое – мужик рулит государством, министр внутренних дел чокнутый, царь с царицей выпали из реальности, вернее, живут в своей собственной – не прогнил ли сам по себе этот строй насквозь? А как вам война правительства против общества?! Ой, ладно, скажут монархисты, да вовсе и не так было, всё врут масоны – и всё… У них и Распутин – благочестивый старец, ага.  Россию погубило, прежде всего, самодержавие  и отчаянное цепляние за него. Не цеплялись бы так – и живы бы остались, и благополучны. Николай просто никакой, Александра – активная до жути, но крайне ограниченная, опасная комбинация… "недалекий и инициативный - опасное сочетание!" Я от ее писем, советов мужу – я в ужасе от них! И совершенно не понимаю, он-то чем думал.

Свидетельства З.Г. ценны вдвойне потому, что она ненавидит большевиков – ей нет политического резона врать. Ей при царе всяко лучше жилось. Да, Россию погубило именно то, что считалось ее спасением – самодержавие, вера в авторитет при отсутствии «наверху» всякого представления о реальности. Это были люди удивительно нечуткие и неповоротливые, фанатики одной химерической идеи, которая их и сгубила. На власть имущих лежит безмерная ответственность за случившееся. Не, абсолютно жуткое сочетание как бы «духовности» и власти, которая считалась исключительно "семейным делом". Допрыгались.

«но кто в ответе?» «Всё равно.» Нет, не «все равно», а все, но некоторые – особенно. Ну, что она недооценивает Распутина – само собой, но это неважно. Вот за этот очерк – действительно спасибо.

Тут еще приходят на ум простые и такие точные слова Радищева: «Чего кто не понимает, тот в то да не мешается". Это я в основном об Александре Федоровне. Удивительные результаты дает ограниченность напополам с наглостью. Как же, где же ее кротость, покорность и т.п.?.. Ведь по «религии» женщине это положено. Да ведь и у мужчин мозгов, получается, не  было. Но как же, мы верим в авторитеты. Мы ж, получается, через Распутина – проводники воли Божьей.

Вот к чему приводит отсутствие личностного начала. Оно верно, что Бог может действовать через человека, но вовсе не так. Мы неизбежно приходим к тому, что никуда – без личной воли, без самоопределения человека. Человек – это вовсе не манекен для вмещения чьей-либо воли – в нем самом всё заложено, и это нужно в себе открыть. Удивительно, как в «жизни» (истории, быту) жестоко отрицается Богочеловечество, взаимодействие двух природ. Это вот та самая «гордость смиренных» - самое страшное. На 110% она была уверена, что действует не сама, а Бог через нее, следовательно, ошибки быть не может. Нет, это – страшно. Такого человека уже не переубедишь – Бог, и всё. Он не слышит ни других, ни себя.

Насчет Вырубовой. Верным нужно быть не людям, а Истине (которой, впрочем, нет без человека). Фильтровать надо, где в этом самом человеке Истина, а где ложь. Именно поэтому заповедь о Боге – первая. Критерий – Его истина, но опять же, нигде кроме самих себя мы ее не найдем.

---

[1] Да, царская семья и придворные - "обычные люди". А какие еще? Не мистики же, не поэты, не философы. Да, скучно))